• EN
  • DE
  • ES
  • FR
  • RU
  • USD
  • EUR
  • RUB

ЯСНАЯ ПОЛЯНА ЛЬВА ТОЛСТОГО

[site:name]

ЯСНАЯ ПОЛЯНА ЛЬВА ТОЛСТОГО

Last modified on 20 Oct 2019

В 14 километрах к юго-западу от Тулы, есть старинная усадьба 17 века, которая до сих пор хранит уклад деревенской жизни. Здесь, по-прежнему, цветут яблоневые сады, на лесных полянах все так же пчёлы собирают с цветов сладкий нектар, на обширных сочных лугах, как и двести лет назад, пасутся кони. Вечерний туман опускается на тропинки и просеки, он делает жизнь усадьбы таинственной. А обильная утренняя роса напоминает всем её обитателям о пробуждении к новому дню.

Это – Ясная Поляна, уникальный мемориальный и природный заповедник. На протяжении 18-го и 19-го веков здесь создавался своеобразный усадебный ландшафт – французский и английский парки, обширные сады, живописные аллеи, каскад прудов и богатая оранжерея. В архитектурный ансамбль вошли большой барский дом, крестьянская изба, различные хозяйственные постройки, строения, с которых все начиналось. Старые здания усадьбы хранят традиции семьи великого русского писателя Льва Николаевича Толстого.

Без своей Ясной Поляны, – писал Толстой, – я трудно могу себе представить Россию и моё отношение к ней. Без Ясной Поляны я, может быть, яснее увижу общие законы, необходимые для моего Отечества, но я не буду до пристрастия любить его.

Мы открываем страницы истории, обращаемся к корням и традициям старой русской дворянской усадьбы.

Здесь 9 сентября 1828 года родился писатель и прожил в ней 50 лет. В Ясной Поляне создавались эпопея Война и мир, романы Анна Каренина, Воскресение, автобиографическая трилогия Детство, Отрочество, Юность, а так же повести Казаки, Смерть Ивана Ильича, Крейцерова соната, Хаджи-Мурат и многие другие произведения, которыми зачитывается уже не одно поколение во всем мире.

Рано лишившись родителей, усадьба досталась Льву Николаевичу во время раздела имущества в 1847 году. Он получил по наследству Ясную Поляну на правах младшего сына. Таков был обычай, родовое гнездо получает младший из сыновей. В его ведении теперь были 1600 гектаров земли с 330 душами (мужеска пола). Эта часть наследства была наименее доходной, но Толстой все же желал получить именно эту усадьбу. Здесь были корни его семьи и рода, его единственный дом, который он беззаветно любил. Ранее усадьба принадлежала его матери, Марии Николаевне Волконской, в свою очередь получившей её от деда Толстого, Николая Сергеевича Волконского – главного создателя облика усадьбы.

Архитектурный ансамбль, выдержанный в едином стиле, и ландшафт усадьбы сохраняются вот уже два столетия.

ДОРОГА ИЗ МОСКВЫ НА ЮГ

Pradiz Лев Толстой с конём на Посольском тракте

Усадьба расположена на пути важной дороги из Москвы на юг. Её называли и Моравским шляхом, и Посольским трактом, именовалась дорога Екатерининской и Киевской.

Когда-то по этому тракту проносились кони крымского хана, чтобы осадить Тулу. Эта дорога видела многих русских царей: Петра Первого и Екатерину Вторую, Александра Первого и Николая Первого. Проезжая по этой дороге, размышляли о судьбе России А. С. Пушкин, М. Ю. Лермонтов, А. С. Грибоедов и Н. В. Гоголь. Много ратных людей прошло-проехало по ней. Пыль дороги поднимали в поисках истины богомольцы, шагали неутомимые странники. Пренебрегая распутицей, держали свой путь в иные земли путешественники. Много разного люду хаживало по ней. Уезжанная и утоптанная, дорога многое видела и многое слышала.

Вот и Лев Николаевич часто ходил на тракт, называя эти походы прогулками по Невскому проспекту. Там он говорил с простым людом о его жизни и нуждах.

КРУГЛЫЕ БАШНИ

Есть свидетели всего, что происходило на тракте – это две круглые кирпичные башни, выстроенные ещё дедом писателя, князем Волконским. Изящные в своей простоте, они и сегодня гостеприимны. Как и в былые времена, с них начинается дорога для всех приходящих ко Льву Толстому.

В те давние времена на башенки навешивались железные ворота и сторожа охраняли вход в усадьбу. Полые внутри, они были для сторожей надежным укрытием от непогоды. При Толстых ворот уж не было и ныне посетители попадают на территорию усадьбы через проход, устроенный в невысоком металлическом заборе между белоснежными башнями.

ПРЕШПЕКТ

Pradiz Прешпект летом в наши дни

Сразу за башенками открывается необычайной красоты аллея, воспетая Толстым в таких литературных произведениях, как Метель, Семейное счастье, Юность. В эпопее Война и мир князь Андрей въезжает в усадьбу Лысые Горы по аллее Прешпект, по ней идёт и сам старый князь Болконский. Говорят, что прообразом князя стал дед писателя, Николай Сергеевич Волконский.

Этот знаменитый яснополянский Прешпект появился около 1800 года и за полвека приобрел всю силу своей зрелой красоты. Лев Николаевич очень любил гулять по аллее, размышлять под сенью берёз, наслаждаться их особенной жизнью. Вот как Толстой описывает аллею в письме своей жене, Софье Андреевне: Утром опять игра света и теней от больших, густо одевшихся берёз прешпекта по высокой, уж темно-зеленой траве, и незабудки, и глухая крапива, и все - главное маханье берёз прешпекта, такое же, как было, когда я 60 лет тому назад в первый раз заметил и полюбил красоту эту.

КАМЕНКА

Слева от аллеи стоит маленький домик, называемый каменка. Раньше здесь жил садовник, позже, в 90-е годы, в каменке была открыта школа для крестьянских детей, в которых преподавали старшие дочери Льва Николаевича - Татьяна Львовна и Мария Львовна.

Толстого, покинувшего стены университета именно потому, что захотел заниматься, очень волновал вопрос народного образования. Целью одной из поездок по странам Западной Европы было изучение вопроса народного просвещения. Лев Николаевич считал, что народ бесконечно выше культурных классов и, что господам нужно заимствовать высоты духа у мужиков. Поэтому в 1859 году он занимается устройством школ не только в Ясной Поляне, но и во всем Крапивенском уезде.

Основой обучения Толстой считал свободу учащегося, отказ от насилия в преподавании. Поэтому в школе не было принудительных правил, дети учились по собственной охоте. Для учащихся Лев Николаевич написал Азбуку и Книгу для чтения. Он стремился к тому, чтобы все в книгах было красиво, коротко, просто и, главное, ясно.

Судьба школ была нелегкой. Толстому чинились всяческие препятствия вплоть до их закрытия.

 

БОЛЬШОЙ ПРУД

Миновав каменку, перед нами открывается вид на Большой пруд. Пользовались им и обитатели барского именья, и яснополянские крестьяне. На нем всегда было много народу. Он так тогда и назывался Крестьянский пруд.

Летом крестьянские ребята купались вместе с детьми Толстых. Да и сам Лев Николаевич тоже был не прочь поплавать. Зимой, когда мороз накрепко сковывал пруд льдом, на нем устраивались катки, ребятишки катались на санках. Толстой любил смотреть как катаются на коньках дети и гости. А, иной раз, скинув валенки и надев коньки, присоединялся к веселой ватаге. Нередко и Софья Андреевна, как вспоминают дети, каталась на коньках.

Писатель любил гулять по Прешпекту вдоль пруда, где, как он говорил, ему хорошо думается.

АНГЛИЙСКИЙ ПЕЙЗАЖНЫЙ ПАРК

Если идти по Прешпекту в сторону усадьбы, то по правую руку от берёзовой аллеи будет английский пейзажный парк. В то время было модным устраивать парк в аглицком духе.

Если французскому парку свойственны симметричные аллеи, то английские напоминали лес. Во французском парке прогулочные проспекты строго выверены, а в английском во все стороны разбегаются извилистые дорожки, следуя своим лесным правилам.

Парк был разбит в начале 19-го века на месте глубокого оврага. На его склоне расположен каскад из трёх прудов - Верхний, Средний и Нижний. Они образовались благодаря перекрытию оврага двумя плотинами.

Через протоки, питающие Нижний пруд, были перекинуты изящные березовые мостки.

В 90-е годы 19 века Лев Николаевич в парке восстановил деревянную беседку-вышку, на которую часто поднималась мать Льва Николаевича, Мария Николаевна. По семейным преданиям в этой беседке в глубине парка она ждала возвращения своего мужа, Николая Ильича Толстого, часто отлучавшегося из усадьбы по делам.

В этом изящном живописном уголке Толстому все напоминало о матери. Нижний парк был любимым её местом прогулок. Здесь Мария Николаевна сажала кусты роз, орешник, бересклет. Прикосновение ее рук ещё помнят двухсотлетние липы. А у Верхнего пруда слышен шелест листьев потомков серебристых тополей, давно когда-то посаженных Марией Николаевной.

Мария Николаевна умерла, когда Толстому не было и двух лет. Лев Николаевич пишет: Нынче обхожу сад, и снова, как всегда вспоминаю о своей матери, о маменьке, которую я совсем не помню, но которая осталась для меня святым идеалом.

ДОМ ВОЛКОНСКОГО

Чуть поодаль, на возвышенном месте, у хозяйственного двора стоит белокаменный дом с мезонином. Это Дом Волконского, самая старая постройка в Ясной Поляне.

Старинное здание полностью выполнено из камня, стены добротные, в полтора метра толщиной.

При жизни князя здание предназначалось для хозяйственных нужд. Здесь проживала прислуга, располагались различные мастерские по изготовлению ковровых изделий, обработке кожи. Одно время здесь была чёрная кухня и прачечная. В более позднее время в одном из крыльев здания была устроена художественная мастерская для Татьяны Львовны. Она училась в Училище живописи, ваяния и зодчества и была одной из любимых учениц прославленного русского художника И. Е. Репина.

Дом Волконского великолепен не только своим внешним видом. Внутреннее убранство хранит память о предках Толстого. В выставочном зале представлены бытовые вещи князя, возраст некоторых из них приближается к двум столетиям.

Князь имел тонкий художественный вкус и мы можем полюбоваться его прекрасной коллекцией живописи.

В настоящее время Дом Волконского исполняет административные функции.

КОНЮШНЯ И КАРЕТНЫЙ САРАЙ

Очень интересна низкая длинная постройка из природного известняка, что напротив Дома Волконского. Это конюшня и каретный сарай, память о тех временах, когда Лев Николаевич увлечённо занимался хозяйственной деятельностью.

Хозяин усадьбы заводил новые породы лошадей, коров, овец, свиней. В конюшне вот уже более двухсот лет, сменяя поколения, живут лошади. Каретный сарай был предназначен для хранения экипажей и сбруи. Здесь же мы видим ту пролётку, на которой Лев Николаевич тёмной осенней ночью 1910 года навсегда покинул Ясную Поляну.

 

КУЧЕРСКАЯ ИЗБА ИЛИ ДОМИК КУЧЕРА

Рядом с конюшней стоит очень крепкая рубленная крестьянская изба, покрытая соломой. Здесь жили толстовские кучера.

Сейчас в кучерской полностью, до мельчайших деталей, воссоздан интерьер крестьянской избы девятнадцатого века. В ней всего-то две комнаты: сени и жилая комната. Но каждый предмет в избе имеет свою давнишнюю историю. И чего только здесь нет : и сбруи, и лошадиные дуги, кухонные глиняные горшки и ухваты. А какая изба без настоящей русской печи! Деревянные столы и лавки по углам и, конечно, как и в каждой деревенской избе красный уголок с оберегами. И первая забава крестьянских детей - изготовленная своими руками соломенная игрушка.

В эту избу и пришёл Лев Николаевич той осенней ночью с просьбой запрячь лошадей в экипаж и отвезти его на станцию.

Спешно собирался Толстой. Писатель взял с собой лишь самые необходимые вещи и торопливо направился к кучерской. В темноте сбился с дороги, потерял шапку, вернулся в дом за другой. И лишь затем, вместе со своим личным врачом Д. П. Маковецким, дальнейшим его спутником, дошёл до кучерской.

 

 

276 ЯСНАЯ ПОЛЯНА ЛЬВА ТОЛСТОГО, ЧАСТЬ 2 2018-01-19 /blog/uncategorized/%d1%8f%d1%81%d0%bd%d0%b0%d1%8f-%d0%bf%d0%be%d0%bb%d1%8f%d0%bd%d0%b0-%d0%bb%d1%8c%d0%b2%d0%b0-%d1%82%d0%be%d0%bb%d1%81%d1%82%d0%be%d0%b3%d0%be-%d1%87%d0%b0%d1%81%d1%82%d1%8c-2 Pradiz fligel_kuzminskih_yasnaya_polyana-1.jpg,fligel_kuzminskih_yasnaya_polyana-1.jpg public://gallery/2018/01/fligel_kuzminskih_yasnaya_polyana-1.jpg,public://gallery/2018/01/fligel_kuzminskih_yasnaya_polyana-1.jpg , МАЛЫЙ ДОМ или ДОМ КУЗМИНСКИХ

Углубляясь все дальше на территорию усадьбы, слева от Прешпекта, в светлом приветливом здании мы угадываем Дом Кузминских.

В этом доме с 1859 по 1862 годы располагалась школа для крестьянских детей. Второй этаж очень светлый, поэтому было решено размещать классы именно там. А вот на первом этаже можно было позаниматься на гимнастических снарядах. В школе был и свой небольшой музей естественной истории.

Позднее во флигеле останавливались гости, чаще из которых останавливалась свояченица Льва Николаевича Т. А. Кузминская. Она приезжала сюда на лето со своей семьей в течение четверти века.

Когда-то напротив входа в дом стоял старый дуплистый развесистый вяз. Обычно по утрам под сенью этого вяза собирались крестьяне из окрестных сел, приходили странники, ходоки. Кто ждал от Льва Николаевича совета, кто помощи. Толстой всегда охотно беседовал с крестьянами, вникал в их нужды, тяготы, заботы, помогал им морально и материально. Так это дерево и было названо деревом бедных.

Оно было интересно ещё и тем, что на нем висел небольшой медный колокол. Его звон созывал семью и гостей к завтраку и обеду.

ВЕРХНИЙ ПРУД

Конечно, кроме эстетического наслаждения пруды имели и практическое значение. Так, Верхний пруд в старину был своеобразным садком для живой рыбы к барскому столу.

СРЕДНИЙ ПРУД

Средний пруд самый глубокий, в нем самая чистая вода. Он наполняется холодной ключевой водой из подземных источников. Вода в нем не прогревается даже жарким летом.

В 1890 году на нем была устроена купальня. Все члены семьи принимали водные процедуры.

В разные годы купальня меняла свой вид, её сколачивали из досок или сплетали из хвороста. Сегодня посетители усадьбы видят купальню с мостками, плетёную из ивовых прутьев. Так она выглядела в начале 20-го века.

Во времена Толстого здесь не только купались, но и стирали белье.

НИЖНИЙ ПРУД

Когда повышается уровень воды в Среднем пруду, то вода из него по желобам стекает в Нижний. Он находится в самом глубоком месте оврага.

Бездонное небо, гладь прудов - это источник вдохновения Льва Николаевича.

Как много дум и сердечных исканий писателя берегут заросшие высокой травой уходящего лета яснополянские берега прудов...

 

БЕРЁЗОВЫЙ МОСТИК

Большой и Нижний пруды соединены протоком. Вот через него-то и перекинут Березовый мостик. На нем часто сиживал на табуреточке Лев Николаевич.

Мостик хранит память о Марии Николаевне Волконской - единственной дочери Николая Сергеевича, матери Льва Николаевича.

Предполагают, что образ матери, представление о ней навеяли писателю характер героини романа Войны и мира – Марии Болконской.

САДЫ

Лев Николаевич Толстой питал к яблоневым садам особенную любовь. При его жизни площадь роскошных садов в центральной усадьбе возросла до 44 гектаров. Тысячи насаженных деревьев самых разных сортов, их более 30.

Ещё в бытность деда Толстого, князя Волконского, яблонями было засажено 10 гектаров территории усадьбы. Стройные ряды ухоженных плодовых деревьев были для средней полосы России в то время большой редкостью.

Сейчас, конечно, это одно из главных украшений яснополянской усадьбы. Нескончаемые ряды яблонь приводят посетителей усадьбы в восторг!

Сейчас здесь регулярно проводятся работы по реставрации насаждений. В саду еще дают плоды те яблони-ветераны, которые были посажены самим Львом Николаевичем.

Вот как рассказывает в своём дневнике о цветении яблоневых садов жена писателя, Софья Андреевна: Весна во всем разгаре. Яблони цветут необыкновенно. Что-то волшебное, безумное в их цветении. Я никогда ничего подобного не видела. Взглянешь в окно в сад и всякий раз поразишься этим воздушным белым облакам цветов в воздухе, с розовым оттенком местами и со свежим зелёным фоном вдали.

Мать Толстого, Мария Николаевна Толстая, сделала в начале 19-го века подробную Опись саду. В ней мы читаем о яблонях, о сливовых и вишневых деревьях. На территории усадьбы были и ягодники. Кусты смородины и крыжовника соседствовали с малиной и земляникой. Сохранился на территории усадьбы и небольшой питомник.

В Старом саду есть садовый домик, в котором во времена Толстого хранили яблочный урожай. Невозможно было сохранить и переработать такое большое количество урожая и поэтому часть садов Толстые отдавали в аренду.

Сейчас мы можем полюбоваться молодым яблоневым садом по левую сторону от Прешпекта.

РИГА И ЖИТНЯ

Чуть левее от Дома Кузминских очень интересные старые деревянные строения – это рига и житня, постройки конца 19 века. Они предназначены для хранения и переработки зерна. В риге молотили, веяли зерно, а затем его закладывали на хранение в житню. Навес на столбах использовался для закладки на зиму сена и соломы. Там же раньше хранились и плуги, бороны, машины для молотьбы.

В риге иногда молотил зерно и сам Толстой. Он хорошо знал работу и использовал эту тему в сюжете романа Война и мир.

ПАВИЛЬОН

Между Домом Толстых и Флигелем Кузминских стоит небольшой деревянный домик с тесовой крышей, окрашенный в голубой цвет. Построен Павильон был в 1888 году. В летнее время в нем жили гости Ясной Поляны. Среди них были известные художники И. Е. Репин и Н.Н. Ге.

ТЕПЛИЦА

Выше по Прешпекту с правой стороны можно заглянуть в огород.

Отец Льва Николаевича с удовольствием занимался огородничеством, выращивал экзотические растения в теплицах. Отапливались они специальным образом с толстым слоем навоза, бочками с тёплой водой и печами. Выращивались в теплице разнообразные экзотические цветы, дыни, персики, абрикосы, клубника и земляника к рождественскому столу. Не удалось Николаю Ильичу вырастить в теплице только ананас.

Небольшое деревянное строение возникло ещё в 1860-х годах. Оражерея, построенная на поляне над Верхним прудом, была предметом гордости деда Толстого, князя Николая Сергеевича Волконского. В 19-м веке в дворянской усадьбе непременно должна была быть оранжерея.

В 1867 году оранжерея была уничтожена пожаром и её преемницей стала теплица, выстроенная на том же самом месте.

Она используется по сей день, в ней выращиваются овощная и цветочная рассада, а также южные плодовые растения. Ясную Поляну, как и прежде, украшают розы, гиацинты, крокусы, гладиолусы, пионы и другие цветы.

КЛИНЫ

В семье Толстых бережно хранили предание о том, как старый князь Волконский любил гулять в Клинах под музыку своего крепостного оркестра.

Пройдёмся по аллеям старинного липового парка. За время своего существования он почти не изменился, а ведь ему больше 200 лет!

Парк называется французским благодаря своеобразной планировке. Если взглянуть на него сверху, то мы увидим, что внешние аллеи образуют квадрат, а внутренние, подобно лучам звезды, пересекаются в центре. Они делят парк на треугольники, внутри которых посажены яблони. Так же, как и при матери Толстого, осенью ветки яблонь под тяжестью спелых плодов гнутся к земле.

Расположен он в верхней части яснополянского парка, непосредственно примыкая к Дому Толстых.

Могучие стволы лип подобно колоннам храма вытянулись далеко ввысь, сомкнув свои кроны в сплошной зелёный свод.

Толстой любил уединение в этом парке. В густой тени деревьев рождались характеры и судьбы героев бессмертных творений писателя.

ПАСЕКА

С пасекой тоже связаны глубокие душевные переживания писателя. Он писал: Сколько раз я уже решал в душе уйти, поселиться вон там в углу леса, знаете, где Воронка поворачивает сифонном к засеке, там когда-то была пасека, и домик пчельника остался. Там бы я жил, работал, писал... И так тянуло меня туда и сейчас тянет неодолимо.

С 1863 года Толстой увлечённо занимается пчеловодством. Он покупает пчёл и в лесу за рекой Воронкой среди яблоневых посадок устраивает первую пасеку. Дни напролёт Лев Николаевич проводит на пасеке.

Через два года сад за Воронкой погибает от грызунов и все работы по пчеловодству прекращаются. Только три десятилетия спустя в 1890-х годах недалеко от Дома Толстого появился новый пчельник, за работой которого следил живший тогда в Ясной Поляне садовник.

Пасека действует и поныне, и каждый год приносит небольшой урожай душистого мёда.

КАМЕНЬ

На территории усадьбы в парке вы встретите камень с надписью Здесь стоял дом, в котором родился Лев Николаевич Толстой.

Дом был продан на своз, но Лев Николаевич хорошо помнил интерьеры старого дома. Мы можем о них прочитать в трилогии Детство, Отрочество, Юность. В трехэтажном доме было 42 комнаты и он был самой большой постройкой в усадьбе.

Спальня матери Льва Николаевича была на третьем этаже. Вот там писатель и появился на свет на диванчике, который уцелел и который мы увидим в доме писателя.

Примерно на месте старого дома выросла лиственница, которая помнит, как гуляя с одним из гостей, Толстой показал на её макушку, сказав: Вот там, около самой макушки этого дерева, я и родился.

ДЕРЕВО ЛЮБВИ

Да, было такое легендарное дерево, настоящий природный феномен, который в народе называли Деревом любви. Обвивая друг друга, дуб и береза стояли на перекрестке дорог до лета 2015 года.

Это место можно найти, если пройти по дороге за Домом Волконского мимо кучерской, риги и житни к развилке трёх лесных дорог. Левая нас приведет к могиле писателя, средняя тянется как раз к реке Воронке, а правая ведёт в лес Чепыж, к любимой скамейке Льва Николаевича.

Чуть правее развилки и будет то место, где стояли легендарные дуб и береза.

ДОРОГА К ВОРОНКЕ

Наш путь лежит все дальше от построек усадьбы. Мы направляемся туда, где над сочными лугами летают бабочки и стрекозы, в густой траве прячутся паучки, а по вечерам стрекочут сверчки. Мы пришли к пойме реки Воронки. Там, за рекой Воронкой, раскинулись широкие поля, где линию горизонта образуют зубчатые вершины засечных лесов.

Засеки – это своеобразная защита от степных кочевников. В старые времена деревья, стоящие у пограничной черты, подрубались – засекались и валились верхушками к югу. Эти непроходимые завалы – засеки непрошенный гость не пройдёт. Искусственно созданные, они тянулись нередко на сотни километров. И ни пеший, ни конный не мог их преодолеть.

На прибрежных лугах граф Толстой вместе с мужиками косил сочную траву. Вволю наработавшись, он вкушал крестьянской пищи. И вечером, возвращаясь домой, его душа была полна умиротворения.

ЛЕС ЧЕПЫЖ

За время владения Ясной Поляной Толстой увеличил лесные угодья, засадив лесом значительную часть пашен и выгонов.

Посмотрим одно из красивейших мест Ясной Поляны - лес Чепыж. Лев Николаевич очень его любил.

Здесь, рядом с раскидистыми вековыми дубами, могучими вязами и высокими многолетними липами, в силу входил молодой подлесок. Величавая лесная стать старых деревьев и ласковые солнечные полянки пробуждают в душе самые разнообразные чувства.

Вот и решил как-то Лев Николаевич выстроить в глубине этого леса маленькую избушку на столбах. В ней он много раз укрывался от домашней суеты и шумных гостей. Часы уединения приносили ему наслаждение от глубоких раздумий и, может быть, самые главные мысли писателя рождались именно в этой лесной глубинке.

Толстого больше всего волновали вопросы веры, морали, общественных отношений.

В поисках смысла жизни в 1870-х годах писатель обращается к изучению христианского верования и богослужению Православной церкви. Толстой ведёт беседы со священниками и монахами, не раз посещает он старцев в Оптиной Пустыни. Лев Николаевич изучает древнегреческий и древнееврейский языки лишь только для того, чтобы в подлиннике изучать первоисточники христианского учения. Он обращается к философии, знакомится с результатами точных наук. Лев Николаевич пишет: перечитал все, что мог, об учении церкви,... строго следовал, в продолжении более года, всем предписаниям церкви, соблюдая все посты и посещая все церковные службы, следствием чего было полное разочарование в церковной вере.

1880-е годы стали переломными. Толстой стал на позиции однозначно критического отношения к духовенству и церковному вероучению. В его произведениях открыто зазвучала резкая критика церковных обрядов и официальной церковности. Писатель отрицает церковные трактовки бессмертия и заявляет о своих убеждениях публично. Именно с этой целью в 1883 году он основывает новое издание под названием Посредник.

Почти три года с небольшими перерывами Толстой работал над трактатом Царство Божие внутри вас....

Критик В. В. Стасов в восхищении пишет о труде, называя его первой книгой 19 века. Знаменитый художник И. Е. Репин восклицает: Эта вещь ужасающей силы. Творческие силы не только своего Отечества, но и всего мира услышали призыв мыслителя.

Толстой отрицает установившиеся формы государственной, общественной и религиозной жизни. Тайная полиция устанавливает за писателем негласный надзор.

Значительная часть взглядов Толстого, конечно, не могла получить в России открытого выражения, поэтому в полном виде религиозно-социальные трактаты изложены только в заграничных изданиях.

Лично знавший Толстого писатель В. Г. Короленко пишет: Два царя у нас: Николай Второй и Лев Толстой. Кто из них сильнее? Николай Второй ничего не может сделать с Толстым. Не может поколебать его трон, тогда как Толстой несомненно колеблет трон Николая....

ЛЮБИМАЯ СКАМЕЙКА

Неторопливо прогуляемся через лес Чепыж до большого луга, затем свернем по тропе на еловую аллею. Такими тропами и тропинками по утрам ходил Толстой до своей любимой скамейки.

Небольшая по размеру, сколоченная из березовых жердей, стоит она на краю еловой посадки, которая так и называется Елочки. Лев Николаевич с тёплым чувством смотрел на маленькие хвойные деревца. Вот что он пишет: Я всегда любуюсь на эти елочки. Это моё любимое место. И по утрам – это моя прогулка. Иногда я сажусь здесь и пишу.

Сейчас – это копия той скамейки, которая здесь стояла в 1907 году. И елочки, посаженные в период с 1890 по 1895 годы, при жизни писателя были ещё маленькими хвойными деревцами.

МЕЛЬНИЦА

На реке Воронке при жизни Льва Николаевича была установлена мельница. И, как и все хозяйственные сооружения на территории усадьбы, Льва Николаевича интересовало её устройство и сам процесс работы на мельнице.

В разных произведениях писателя мы встречаем эпизоды, связанные с работой на каком-либо хозяйственном участке, существовавшем в усадьбе Ясная Поляна.

В настоящее время мы не увидим мельницы. Остался лишь мостик, приспособленный для её установки, да на берегу лежит одна из частей той мельницы, на которой иногда работал сам Толстой, – каменный круг.

МОГИЛА

Люди со всего мира стремятся посетить место последнего упокоения Мастера души и слова, поклониться величию его духа, поблагодарить за уроки нравственности, уроки жизни.

Наш путь лежит от развилки трёх лесных дорог по той тропе, что ведёт налево, вглубь леса на край оврага, оставляя поодаль за собой здания и постройки усадьбы. Зелёный массив леса, словно надежный сторожевой, охраняет покой Учителя жизни.

9 ноября 1910 года на похороны писателя в Ясной Поляне собрались тысячи человек. Среди них были друзья писателя, поклонники его творчества, местные крестьяне, с которыми он костил, пахал и сеял, московские студенты, передававшие из рук в руки статьи и книги писателя, разный люд, приходивший к нему за советом и помощью. Были здесь и представители государственных органов, полиция. Они опасались, что церемония прощания с телом Толстого может вылиться в противоправительственную демонстрацию.

Первые публичные похороны знаменитого человека проходили не по православному обряду. Без священников и молитв, без свечей и икон, соблюдая мир и порядок, провожающие с тихим пением проводили гроб от станции Козлова Засека до усадьбы. Люди выстроились в очередь и молча входили в комнату для прощания с телом писателя. 10 ноября 1910 года, когда гроб с покойным опускали в могилу, все присутствующие благоговейно преклонили колени.

Под сенью деревьев на краю оврага аккуратный земляной холмик, ни надгробного камня, ни креста... Все здесь как будто слишком просто. Охваченные чувством признательности, мы тихо стоим у холмика в горячо любимой Толстым русской глубинке.

Эту простоту желал всем сердцем сам Толстой. Вот его завет: Чтобы никаких обрядов не производили при закопании в землю моего тела; деревянный гроб, и кто захочет, свезёт или снесёт в лес Старый Заказ, напротив оврага, на место зеленой палочки.

Легенду о зеленой палочке Толстой услышал ещё в детстве от своего любимого брата Николая. Когда Николаю было 12 лет, он поведал семье о великой тайне, начертанной на зеленой палочке. Она-то и зарыта на краю оврага. И стоит только раскрыть эту тайну, тогда никто больше не умрет, не станет войн и болезней, и люди будут муравейными братьями.

Дети Толстых играли в муравейных братьев и уже старым Толстой напишет: Очень, очень хорошо это было, и я благодарю Бога, что мог играть в это. Мы называли это игрой, а между тем все на свете игра, кроме этого.

Летом холмик покрывается лесной травой, зимой стоит припорошенный снегом, всегда открытый дождю, ветру, солнцу... и бесконечной людскому потоку.

Стефан Цвейг писал: Я не видел в России ничего более величественного, более поразительного, чем могила Толстого. Во всем мире нет более поэтической, более впечатляющей и покоряющей своей скромностью могилы, чем эта... Ни гробница Наполеона под мраморным сводом во Дворце Инвалидов, ни усыпальница Гёте в княжеском склепе в Веймаре, ни саркофаг Шекспира в Вестминском аббатстве не пробуждают с такой силой в человеке самое человечное, как эта царственно безмолвная, трогательно скромная могила где-то в лесу, безответно внимающая только ветру и тишине.

ДОМ ТОЛСТОГО

По знаменитому Прешпекту к дому Толстого прибывало много разных посетителей. Среди гостей были В. В. Стасов, И.Е. Репин, В. Г. Короленко, А. П. Чехов, А. М. Горький, И. Н. Крамской, И. С. Тургенев и многие другие именитые и не очень, часто просто обычные люди. Заслышав скрип экипажа по Прешпекту, Лев Николаевич спешил навстречу гостю.

Дом стоит на другом конце Прешпекта от въездных башенок. Густая тень берёз в конце аллеи вдруг сменяется светлым видом яснополянского дома. Белый, оштукатуренный снаружи с железной зеленой крышей, в семье Толстых он именовался большим домом.

Это бывший правый флигель архитектурного ансамбля, начатого ещё при князе Волконском. Завершал строительство отец Толстого, Николай Ильич. Именно в этот флигель вернулся Лев Николаевич после окончания военной службы в 1856 году. Через шесть лет он привёз из Москвы сюда свою молодую жену. В стенах этого дома появились на свет его одиннадцать из тринадцати детей.

Конечно, семья росла и со временем небольшой флигель становится тесным. Пристраиваются комнаты, а в 1892 году с южной стороны дома появляется и терраса.

В этом доме созданы шедевры мировой литературы. В нем прожиты полвека сложной, богатой внешними событиями и внутренними исканиями, жизни великого писателя.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Во всякую пору года Ясная хороша собой!

Ранней весной в усадьбу приезжают, чтобы вдохнуть запах пробуждающейся природы. Известно, век пробуждения недолгий и теперь уже до следующей весны... А когда лес и сады зазеленеют и по округе разнесутся трели соловья, мы приезжаем в усадьбу любоваться буйным цветением яблочных садов! Летом тенистые парки и сады уберегут нас от знойного томления, что позволит нам заглянуть в каждый уголок усадьбы, так накрепко связавший Толстого с его любимыми местами своего родового гнезда. Осень, обильная плодами, раскрасит лесной массив от золотого до пламенного. А зима откроет новые незабываемые страницы русской усадьбы. На занесённых снегом полях резвятся грациозные кони, мохнатые лапы елей вот-вот стряхнут свои снежные рукавицы, неторопливо бежит тройка, впряжённая в сани, под полозьями скрипит снег, – настоящая русская зима!

А в Доме Толстых уютно и тепло. Образы все плотнее окружают нас и кажется, будто слышим беготню и звонкие голоса младших и рассудительную речь старших детей Софьи Андреевны и Льва Николаевича. Хлопочет по дому хозяйка и Толстой, уединясь в своём кабинете, начинает новый роман...